Дмитрий Мельников

Я не оцениваю женщин глазами хирурга!
Четверг, 18 июля 2013 года
Дмитрий Мельников

Кандидат медицинских наук, пластический хирург Дмитрий Владимирович Мельников — специалист нового поколения, имеющий на все свою собственную точку зрения. Несмотря на сравнительно небольшой стаж работы, в его хирургической практике уже сейчас есть целая коллекция сложных и редких случаев, детали которых он рассказал корреспонденту My-surgeon.ru.

Корр.: Что побуждает людей ложиться на операционный стол? Каковы их основные мотивы?

Дмитрий Мельников: На самом деле, почти каждая операция, неважно, реконструктивные или эстетические цели она преследует, зависит от того, как себя видит сам пациент. Мотивацию определяет восприятие себя. Причем, однозначно ответить, влияет ли на его самовосприятие то, как к нему относятся окружающие, нельзя. Бывает, пациентка недовольна собой даже в том случае, если ее супруга в ней полностью все устраивает. То есть ее взгляд на себя не зависит от мнения мужа. Она бы хотела носить декольте и выглядеть привлекательно, но три беременности, которые у нее за спиной, стоят теперь непреодолимой стеной между ней и ее удовлетворенностью своей внешностью.

Пластический хирург — не маг и волшебник, невозможное — не по нашей части

Корр.: Может быть, дело в каких-то психологических проблемах? Ведь если мужу все нравится, зачем стрессировать свой организм?

Дмитрий Мельников: Таких пациенток достаточно много, и психологической проблемой такую позицию назвать нельзя. Это просто ее желание быть красивой. Первая консультация, то есть момент, когда происходит выявление потребностей и мотивации пациента, похожа на психотерапию. Тут диалог строится на конкретных фактах, запросах и доводах — все размытое и неопределенное любого хирурга должно настораживать. И если запросы адекватные, мы начинаем готовиться к операции.

Корр.: А адекватные запросы в чем заключаются?

Дмитрий Мельников: Адекватные запросы — это четкое понимание пациента, что именно он хочет скорректировать и действительно ли операция ему поможет. Во-первых, ни один уважающий себя хирург не станет отвечать на вопрос: «Как вы думаете, доктор, что мне стоит в себе изменить, чтобы стать счастливее?». У меня единственный ответ на это: «Ничего»… Во-вторых, пациент заранее должен иметь реальное представление о конечном результате, потому что пластический хирург — не маг и волшебник, невозможное — не по нашей части.

Корр.: И часто от Вас ждут невозможного?

Дмитрий Мельников: По-разному. Как показывает практика, чем сложнее случай, тем скромнее запросы пациента. Однажды я оперировал девочку с обожженным лицом. Изначально у нее было сильно деформировано лицо, из-за повреждения лицевых суставов не открывался рот, и, как следствие, была нарушена дикция. В ходе операции нам удалось восстановить отдельные участки лица, после этого она смогла открывать рот, разговаривать и даже улыбаться. Эта девочка была по-настоящему счастлива, что снова может говорить, хотя вернуть ей то лицо, которое у нее было до получения ожогов, все же не удалось. Но она осталась довольна результатом. А есть такие, у кого с внешностью все в порядке, но, допустим, есть незначительный дефект, совсем незаметный — вот эти пациенты в общении с хирургом намного капризнее.

Чем сложнее случай, тем скромнее запросы пациента

Корр.: Лично Вам больше нравится проводить реконструктивные операции или те, что направлены исключительно на общую эстетику?

Дмитрий Мельников

Дмитрий Мельников: Мне больше реконструктивные по душе — с профессиональной точки зрения это интереснее. Техника у таких операций гораздо сложнее — это может быть свыше десяти часов работы за микроскопом при колоссальном напряжении внимания и физических сил. Но зато по значимости для пациента и пережитым эмоциям эстетические операции значительно уступают реконструкции.

Корр.: Какие пластические операции сейчас особенно востребованы?

Дмитрий Мельников: В разных странах по-разному, потому что уровень жизни и менталитет у населения отличается. Известно, что в Америке лидирует липосакция, в Европе большое значение придают размеру груди, и уже потом идет липосакция, веки, нос и все остальное. А еще, кстати, довольно много людей обращается за сменой пола. Восемь операций в месяц точно есть — в основном представительницы слабого пола хотят примкнуть к сильному.

Корр.: То есть, вот так просто можно обратиться к хирургу, и через неделю все, что надо, где надо пришьют?

Дмитрий Мельников: Конечно, нет. Это сложный и трудоемкий процесс и для пациента, и для врачей. Сначала ставится диагноз транссексуализм, потом с этим человеком работают психиатры всех калибров, чтобы сделать правильное заключение, и уже после этого рассматривается хирургическая сторона вопроса. Стоит заметить, что в случаях, когда транссексуализм подтвержден официально, операция по смене пола не является лишь пустой прихотью — мы помогаем пациенту стать действительно тем, кем он себя чувствует. Моя специализация — грудь, так что я занимаюсь уменьшением молочных желез, но, само собой, на удалении груди для пациента история не заканчивается.

Корр.: Я слышала, Вы не занимаетесь ринопластикой, интимной пластикой. Почему? Сложно для Вас?

Дмитрий Мельников: Это в принципе сложно, не обязательно для меня. Ринопластика такая вещь — ее можно доверить только настоящему специалисту, который на носах «собаку съел». То же касается и интимной пластики. Тут нужны профессионалы с конкретным профильным направлением. А у нас в стране принято, чтобы хирурги проводили операции, не соответствующие их специализации, именно поэтому так много случаев неблагополучных операций.

Корр.: Кстати, о Вашей специализации. Оцениваете ли Вы женщин глазами хирурга вне работы?

Дмитрий Мельников: Ни в коем случае. Я согласен с мнением многих пластических хирургов, что красота — это гармоничное сочетание отклонений от общепринятых норм. И потом, простите за банальность, но внешность действительно не всегда играет главную роль. Существуют и другие нюансы: жизненная позиция собеседника, личностные качества, способность себя подать. Это все очень важно! Поэтому сравнивать всех женщин с симметричными эталонами или какими-то образцами было бы большой ошибкой.

Яна Филимонова

Комментарии